Владимир Городинский Правда истории или мифология? Пограничные войска НКВД в начале Великой Отечественной

 

Владимир Городинский 

Правда истории или мифология? Пограничные войска НКВД в начале Великой Отечественной, М, 2016

В книге утверждается, что роль Погранвойск (ПВ) в начале ВОВ сильно преувеличена, что они толком не сражались, а если сражались, то не показали ничего выдающегося.

Далее автор делает вывод, что ПВ готовились к превентивному нападению и "освободительному походу" по образцу 39-40гг.

А также готовили провокации с целью скомпрометировать Гитлера и обвинить его в нападении.

Собственно, уже знакомство с использованными источниками вызывает сомнения в адекватности автора, т.к. среди них и Резун-Суворов, и Марк Солонин, Бунич, Мартиросян, и даже путешественница во времени и орфографии Ольга Грейгъ.

Причем автор удостоился  статьи в Википедии, печеньки от САМОГО  Резуна -Суворова (По мнению Виктора Суворова, монография В. И. Городинского «заслуживает миллионных тиражей и перевода минимум на десяток иностранных языков»^{[14]//) и также рекомендован к обязательному чтению Марком Солониным}

Книга, однако, интересна тем, что затрагивает узкопрофессиональную тему, мало исследованную в силу принадлежности ПВ к НКВД-КГБ-ФСБ. Попутно автор затрагивает ряд "горячих" тем- о директиве без №1, о времени начала войны, о моменте вручения Шуленбургом Молотову меморандума с претензиями.

Конечно, сразу тянет перейти на личность автора. Якобы личность эта - кадровый советский офицер, пограничник,  политработник (политрук- комиссар),

 был начальником Голицынского училища погранвойск, ген-майор, кандидат философских наук. Работал в Политуправлении пограничных войск КГБ СССР и Академии общественных наук при ЦК КПСС где защитил диплом на тему: Перестройка работы первичных партийных организаций пограничных войск в новых условиях (1985–1990 гг.).  — М., 1991).

Тема диссертации: "Патриотическое сознание российских пограничников в условиях глобализации: Социально-философский анализ : автореф. дис. ... канд. филос. наук : 09.00.11 / Погранич. акад. ФСБ России. — Москва, 2005. — 23 с.

Возглавлял Голицынский пограничный институт ФСБ России и Одинцовский гуманитарный университет

Довольно неожиданно, что столь анкетный боец выражает столь неортодоксальные взгляды.

Чем он их мотивирует?

Собственно, у автора не вызывает сомнений то, что Сталин готовил вероломное нападение на Германию, и что для оправдания этого нападения готовились некие провокации, т.к. это доказали вышеупомянутые источники.

Далее надо найти какие-то доказательства участия ПВ в подготовке этих чудовищных злодеяний. Здесь автор честно признается, что документов ему найти не удалось. Не то чтобы нашлись какие-то документы противоположного содержания, а документов предвоенных месяцев по ПВ в архивных папках нет никаких.

«…все ранее приведенные факты могут служить лишь косвенным подтверждением ранее высказанной версии о подготовке советской стороной в ночь с 21 на 22 июня 1941 года серии крупномасштабных провокаций-инсценировок на государственной границе и в пограничной полосе с целью обвинить в этом немецкую сторону. Прямых документальных подтверждений у этой гипотезы на сегодняшний день нет, и шансы обнаружить их в российских архивах равны нулю. Почему надеюсь, объяснять не надо.»

Как известно именно отсутствие доказательств заговора убеждает в реальности заговора.

Обоснование подготовки к нападению автор ищет в планах применения ПВ. По его мнению, при оборонительных действиях ПВ должны быть отведены за линию армейских частей, которые сменят ПВ на границе и осуществлять охрану тыла. При наступлении ПВ также должны осуществлять охрану тыла, но при этом заранее назад не отводятся, а выполняют роль ударных отрядов уничтожают чужих пограничников, захватывают стратегические мосты и, главное, осуществляют первичную зачистку заграницы от враждебных элементов. Для этого в составе ПВ создаются оперативные группы (батальоны). В составе такой группы в начале войны числился даже Л.И.Брежнев.

Документального подтверждения, конечно, нет, но автор находит некие перемещения назад Ломжинского ПО. Также поиски подобных фактов приводят автора на румынскую границу, где по достоверным источникам происходили удивительные вещи. Оказывается, еще до начала войны некая группа перешла на румынскую сторону, захватила крепость Тулча и даже привлекла на свою сторону местное население и гарнизон, обстреляв другие румынские крепости, вроде Сулины и Галаца. Правда здесь автор замечает, что по артиллерийско-географическим соображениям так далеко румынские пушки той поры стрелять не могли (между Тулчей и Сулиной 60 км, столько же до Галаца), но в остальном повествование не вызывает у него сомнений. В книжке ведь написано, русским по белому!. "Конечно, в подобное верится с трудом, но, как говорится, «что написано пером, то не вырубишь топором», - пишет автор. Можно напомнить ему еще одну поговорку: "Бумага все стерпит". А Интернет - еще больше.

Относительно провокаций дело еще более темное, единственный факт, который может предъявить автор, это то, что нач. ПВ генерал-лейтенант Соколов в ночь на 22 июня был в Белостоке, что очень подозрительно.

Автор поэтому вынужден погрузиться в более высокие сферы и рассмотреть вопрос о том, кто и как докладывал в Кремль о начале войны. По рассказам Молотова автор делает вывод, что сообщения шли в два потока - сначала о провокациях, потом - о войне.

«Более 33 % участников первых боев на границе утверждают, что налет вражеских самолетов, а также артиллерийский обстрел советской территории и боестолкновения пограничников с подразделениями регулярных войск вермахта, которые они приняли за начало войны, начались в промежутке между одним и тремя часами ночи 22 июня 1941 года. То есть до официального начала войны между Германией и Советским Союзом.

Наибольшее число подобных инцидентов произошло в западных районах Украины и Молдавии, то есть там, где была развернута наиболее сильная группировка Красной армии.

Во-вторых, подобные инциденты на самой границе за несколько часов до начала войны произошли в основном в двух местах — в Белорусском пограничном округе в пределах участков 86-го и 107-го пограничных отрядов, а также в Молдавском пограничном округе в пределах участков 2-го, 23-го, 25-го и 79-го пограничных отрядов. По странному стечению обстоятельств именно на участки этих двух пограничных округов за несколько дней до начала войны прибыли группы офицеров Главного управления пограничных войск НКВД — якобы для проведения инспекторской проверки. В Белоруссии такую группу офицеров возглавил лично начальник пограничных войск НКВД СССР генерал-лейтенант Г. Г. Соколов».

Сразу можно возразить, что теория о нападении Сталина на самого себя от Баренцева до Черного моря не выглядит убедительной. Такие операции- «штучный товар», массовость таких событий скорее свидетельствует о фундаментальной невменяемости автора.

По тексту даже возникает подозрение, что автор страдает чем-то вроде раздвоения личности.

В отношении одного и того же эпизода он сначала его полностью отрицает, а затем, наоборот, объявляет убедительным доказательством.

«К большому сожалению, в воспоминаниях некоторых участников войны встречается, я бы сказал, элементарный обман читателей. Я прошу простить меня за столь грубую лексику, но, как говорится, слов из песни не выбросишь. К примеру, генерал-лейтенант А. М. Андреев, занимавший на момент начала войны должность начальника 5-го (Энсонского) пограничного отряда Ленинградского пограничного округа, в своих воспоминаниях утверждает, что «после трех часов ночи 22 июня начали поступать донесения с 9-й и 12-й застав о многочисленных нарушениях немецкими самолетами нашей границы».

«… Основываясь на информации, изложенной в Оперсводке № 01 Генерального штаба Красной армии на 10.00 22 июня 1941 г., а также в Журнале оперативной записи, который с началом войны вели дежурные Главного управления пограничных войск НКВД СССР, можно с полным основанием утверждать, что ничего подобного 22 июня 1941 года на участке этого отряда не происходило. Никаких немецких самолетов или войск в полосе ответственности указанного пограничного отряда на тот момент не было, а боевые действия здесь начались лишь 29 июня 1941 года. К этому следует добавить, что первыми авиационные удары по объектам на финской территории 22 и 25 июня нанесли ВВС Ленинградского фронта и Балтийского флота, а не немецкая или финская авиация.»…

«Конечно, все ранее приведенные факты могут служить лишь косвенным подтверждением ранее высказанной версии о подготовке советской стороной в ночь с 21 на 22 июня 1941 года серии крупномасштабных провокаций-инсценировок на государственной границе и в пограничной полосе с целью обвинить в этом немецкую сторону. Прямых документальных подтверждений у этой гипотезы на сегодняшний день нет, и шансы обнаружить их в российских архивах равны нулю. Почему надеюсь, объяснять не надо.

Однако в научной литературе иногда встречаются исторические факты, которые недвусмысленно свидетельствуют о правдоподобности этой версии. К примеру, в Журнале оперативного дежурного Главного управления пограничных войск НКВД СССР за 22 июня 1941 года есть такая запись, сделанная со слов начальника Ленинградского пограничного округа генерал-лейтенанта Г. А. Степанова: «На участке 5 ПО (Энсонского. — Прим. автора) 12 заставы нарушили границу иностранные самолеты неустановленной национальности. В 3.15 2 истребителя, высота 3000 м, курс 94, пересекли границу, координаты 09213, скрылись в нашем тылу. В 3.25 тем же курсом, высота 3000 м, 3 истребителя и 1 бомбардировщик скрылись в нашем тылу. В 3.45 тем же курсом 9 самолетов скрылись в нашем тылу через участок 9 заставы. В 3.40, курс 95, высота 2000 м, 1 бомбардировщик перелетел в координате 07764, скрылся в нашем тылу. В 3.45 22 самолета, курс 94, высота 3000 и выше, скрылись в нашем тылу. ВВС ЛВО и штаб ЛВО оповещены. Наши самолеты в Ленинграде и Выборге поднялись в воздух»[175]. РГВА. Ф. 32880. Оп. 5. Ед. хр. 7. Л. 4.

Т.е. на одной странице  это событие «обман», на другой – «исторический факт».

 

Чтобы адекватно оценивать подобные сочинения полезно отрешиться от пафоса и эмоций в отношении предков, из-за которых мы до сих пор не пьем баварское при коммунизме и от вмудрения в номера архивных фондов, артикулов кальсон, марок стали и параграфов уставов. А смотреть на события и версии более широко и концептуально.

Сам автор резонно задается вопросом: «А была ли заинтересована в провокационных действиях на границе фашистская Германия?».  И отвечает сам: "Думается, что нет! " Почему? В целях сохранения секретности и достижения внезапности.

А почему бы Сталин мог быть заинтересован в таких инцидентах? Ведь он тоже по мнению автора хотел внезапно напасть на мирно спящий рейх. Следовательно, он тоже не был заинтересован.

Здесь стоит вернуться к первоисточникам классиков жанра. Основная мысль Резуна-Суворова в его "Ледоколе", что Красная Армия потерпела столь сокрушительное поражение, потому что была застигнута в процессе развертывания. На 22 июня оно не было закончено и, по мнению классика, должно было занять еще 7-10 дней. Не случайно датой дня М предполагается 6 июля. И с тем, что развертывание на 22 июня было не закончено согласны все, от Сталина до нынешних блоггеров.

Есть ли смысл проводить провокацию 22 июня, как считает Марк Солонин и примкнувший к нему автор? Опять же нет, т.к. это будет лишь предупреждением немцам, а Красная Армия еще не готова. Следует напомнить общеизвестное, по крайний мере, генералам, обстоятельство, что "западным" нужно меньше времени на сосредоточение, чем " восточным". Этот момент был исходным пунктом еще для кайзеровской стратегии. Таким образом сразу начать войну армия не готова, а увеличение промежутка времени между casus belli и началом боевых действия только приведет к потере фактора внезапности и ухудшит условия начала войны. Солонин, пытаясь раздуть из дерьма сенсацию, пришел лишь к заведомо нелепому утверждению, что Сталин назначил на 22 провокацию, а на 23 мобилизацию и войну. У Резуна-Суворова ход мысли был логичнее. Он то как раз и объяснял мантру "не поддаваться на провокации" желанием сохранить секретность до момента, когда армия будет готова и не спугнуть преждевременно немцев.

Кроме того, сама провокация должна быть масштабной, просто перестрелка на границе на это явно не тянет. Солонин утверждает, что такой провокацией должна быть бомбардировка авиацией достаточно крупного города, типа Гродно. Автор тоже решил внести свою лепту и открыл, что утром 22 июня на участке 5 ПО (Энсонского, на границе с Финляндией) нарушили границу 38 "иностранных самолетов неустановленной национальности" и проследовали в наш тыл. ПВО такого количества не зафиксировали, следовательно, по мнению автора, они осуществляли провокацию. Однако непонятно, в чем заключалась провокация? Сам автор далее пишет, что это были "советские самолеты, возвращавшиеся после выполнения каких-то боевых заданий в воздушном пространстве Финляндии". Т.е. бомбили они Финляндию, а не СССР. Но в чем же тогда заключается провокация и выгода от нее для объявления войны Германии ил Финляндии?

«В том, что это было именно так, можно убедиться, ознакомившись с двумя архивными документами.

Первый из них — это уже упоминавшаяся мною Оперативная сводка Генерального штаба РККА № 01 на 10.00 22.6.41, в которой, в частности, говорится, что в полосе ответственности Северного фронта «противник звеном самолетов типа бомбардировщик нарушил границу и вышел в район Ленинграда и Кронштадта. В воздушном бою сбито нашими истребителями два самолета. До 17 самолетов противника пытались пройти в район Выборг, но не дойдя повернули обратно. На остальных участках фронта спокойно». Как следует из этого документа, всего лишь два, а не 38 вражеских самолетов рано утром нарушили советско-финскую границу. Таким образом, в промежутке между 3.15 и 3.45 пограничники могли зафиксировать перелет через границу только советских самолетов — и ничьих других.

Как ни смешно самолетов было не два, а минимум 19, потому что если читать буквально, то звено в р-не Кронштадта и 17 ед в районе Выборга. Столь шизофреническим образом генерал –политрук, видимо, интерпретирует и остальные документы.

eh49.livejournal/com/37668.html.

Оригинал взят у allin777 в О советско-финляндских переговорах 21-23 июня 1941 г.

Документ 73

Во время вечерней беседы с Орловым 22 июня Виттинг констатировал состояние войны, существующее между Германией и СССР. М.Виттинг перечислил случаи бомбардировки территории Финляндии со стороны авиа и сухопутных сил СССР, случившиеся за день (Альскар, два финских военных транспорта, финский транспорт на пути к Аландским островам) и заявил протест. Орлов заявил, что он не может принять протест, сославшись на речь комиссара Молотова, произнесённую в этот день, что никаких бомбардировок не было, и что наоборот полёты совершались на территорию СССР с территории Финляндии.

Виттинг ответил, что 14 советских бомбардировщиков, которые бомбили Финляндию, действительно прилетели на советскую территорию из Финляндии и повторил свой протест. Орлов пообещал разобраться в этом деле. Орлов спросил о позиции Финляндии в возникшем конфликте. Министр Виттинг ответил, что парламент будет обсуждать этот вопрос 25 июня и добавил, что дальнейшие нападения на финскую территорию не улучшат отношения между Финляндией и СССР.

"Finland reveals her secret documents on soviet policy March 1940- June 1941" Wilfred Funk Inc. 1941

Перевод фразы про 14 бомбардировщиков явно нелепый. Ссылка недоступна.

«Из вышеприведенного документа также напрашивается вывод о том, что самолеты, рано утром нарушившие границу на участке 5-го (Энсонского) пограничного отряда Ленинградского округа, принадлежали ВВС Советского Союза, а не Германии или Финляндии, и возвращались они на свои аэродромы после бомбардировки ряда объектов на финской территории. Значительно большее их число, названное в докладе генерал-лейтенанта Г. А. Степанова, по всей видимости, объясняется тем, что на обратном пути над территорией Финляндии бомбардировщики встретили и сопровождали до своих аэродромов более 20 советских истребителей.»

На самом деле люфтваффе проводило 22 июня налеты на советскую территорию со стороны Финляндии, поэтому вполне возможно, что это и было отмечено пограничниками. Отрицать этот факт вообще как-то странно со стороны генерала.

Также автор в поисках доказательств подготовки нападения обнаруживает, что по немецким данным сопротивление пограничников отмечено в районах, откуда предполагалось наступление, и не замечено там, где предполагалась оборона.

«участие пограничников в боевых действиях в самые первые часы войны было отмечено лишь на тех участках, где по планам советского командования планировалось вести упреждающие наступательные действия.

Поэтому на участках 17, 98, 90, 91 и 92-го отрядов сопротивление пограничников немецким войскам в первые часы войны было наиболее упорным. А вот на тех участках государственной границы, где соединения и объединения РККА готовились вести активные оборонительные действия (105, 106, 107, 86 и 87-й пограничные отряды), пограничники с началом широкомасштабных действий в соответствии с предвоенными планами должны были немедленно отойти за боевые порядки дивизий первого эшелона. Абсолютное число пограничных застав и комендатур с первыми залпами немецкой артиллерии так и поступило»

На самом деле это не доказывает ничего. Если к номерам добавить размещение отрядов, то видно, что в состав наступательных попали ПО в полосе КОВО и 4-й армии ЗапОВО, а оборонительных - севернее.

Однако это не совсем соответствует известным наступательным планам. Еще классик в своем «Ледоколе» 40 лет назад обосновал, что путь к мировому господству пролегает через Белостокский выступ. А там у автора, оказывается, оборона.

На само деле все может быть объяснено несколько проще. В полосе КОВО и 4А не успели объявить тревогу до начала боевых действий и ПВ не отводились. А в 3,10А и в полосе ПрибОВО успели. В ПрибОВО уже 18 июня начали выводить войска на границу.

Не случайно автор ничего не сказал о румынском участке. По его теории активность ПВ здесь должна свидетельствовать о наступательных замыслах, но эти замыслы никак не проявились. Красная Армия и здесь оборонялась, хотя на нее особо не нападали, и соотношение сил было примерно равное, даже, как водится, с превосходством в танках.

В общем, с такими политруками не надо никаких ЦИПСО с ЦРУ. Опишут, подошьют и сдадут с потрохами, проливая крокодиловы слезы из ясных глаз по несчастной стране и обманутом ими же народе.